Кодовое название летней кампании 1942 г. Описание сталинградской битвы
Сталинградская битва
дипломная работа
1.1 Планы гитлеровского военного командования
В канун второго года Великой Отечественной войны положение Советского Союза оставалось тяжелым. Огромны были его материальные и людские потери, обширны захваченные врагом территории. Однако стратегия «молниеносной» войны фашистской Германии против СССР потерпела крах. В грандиозном вооруженном противоборстве на подступах к Москве войска Красной Армии разгромили главную группировку вермахта и отбросили ее от советской столицы. Битва под Москвой не решила еще окончательно исхода борьбы в пользу СССР, но она стала началом коренного перелома в ходе Отечественной и второй мировой войн.
По планам немецкого командования сорок второй год должен был стать решающим годом в войне, ибо Гитлер был уверен, что США и Англия не предпримут высадки своих войск в Европе в этом году, у него по-прежнему оставались развязанными руки для действий на востоке.
Однако поражение под Москвой, потери лета сорок первого года, нанесенные Красной Армией захватчикам, не могли не сказаться. Несмотря на то что к весне сорок второго года гитлеровская армия возросла численно, получила значительное техническое оснащение, немецкое командование не нашло сил для наступления по всему фронту.
«В конце 1941 года в гитлеровской армии находилось под ружьем 9500 тысяч, а в 1942 году уже 10204 тысячи» Морозов В. П. Исторический подвиг Сталинграда. - М., 1982. - С. 41.. . Общий численный состав армии увеличился, а начальник гитлеровского генерального штаба сухопутных войск генерал-полковник Гальдер занес в свой дневник такую знаменательную запись: «На 1-е мая 1942 года на Востоке недостает 318 тысяч человек. Предложено в мае направить в армию на Восток 240 тысяч человек. На период с мая по сентябрь имеется резерв из молодых призывников 960 тысяч человек. Затем в сентябре больше ничего не останется» Гальдер Ф. От Бреста до Сталинграда: военный дневник. - Смоленск, 2001. - С. 231. .
Несколько позже в штабе оперативного руководства ОКВ был составлен более точный документ относительно общего состояния гитлеровской армии. В справке предназначенной для Гитлера, говорилось: «Боеспособность вооруженных сил в целом ниже, чем весной 1941 года, что обусловлено невозможностью в полной мере обеспечить их пополнение людьми и материальными средствами».
«И все же к лету сорок второго, - пишет генерал Чуйков, - года Гитлер сумел сосредоточить против нас довольно значительные силы. На советско-германском фронте он располагал шестимиллионной армией, насчитывающей до 43 тысяч орудий и минометов, свыше трех тысяч танков, до трех с половиной тысяч боевых самолетов. Силы значительные. Начинал войну Гитлер с меньшими» Чуйков В.И. Сражение века. - М., 1985. - С. 211. .
Гитлер предпринял поход на Кавказ с целью захвата нефтяных источников, выхода к границе Ирана, к Волге. Он, видимо, рассчитывал, что на удалении от центра страны сопротивление советских войск не будет столь основательным.
Выходом на Кавказ Гитлер надеялся втянуть в войну Турцию, что дало бы ему еще двадцать-тридцать дивизий. Выходом на Волгу и к иранской границе он рассчитывал втянуть в войну против Советского Союза и Японию. Выступление Турции и Японии было последним его шансом на успех в войне против нас. Только этим можно объяснить столь широковещательный характер его директивы на весенне-летнюю кампанию сорок второго года.
Обратимся к тексту этой директивы, известной как директива № 41. Уже вступление содержит не анализ сложившейся обстановки на советско-германском фронте, а пропагандистское пустословие.
Директива начинается такими словами: «Зимняя кампания в России приближается к концу. Благодаря выдающейся храбрости и готовности солдат Восточного фронта к самопожертвованию наши оборонительные действия увенчались большим успехом немецкого оружия. Противник понес огромные потери в людях и технике. Стремясь использовать мнимый первоначальный успех, он израсходовал этой зимой большую часть резервов, предназначенных для дальнейших операций».
«Цель заключается в том, - гласит директива, - чтобы окончательно уничтожить оставшиеся еще в распоряжении Советов силы и лишить их по мере возможности важнейших военно-экономических центров».
«...В первую очередь все имеющиеся в распоряжении силы должны быть сосредоточены для проведения главной операции на южном участке с целью уничтожить противника западнее Дона, чтобы затем захватить нефтеносные районы на Кавказе и перейти через Кавказский хребет».
И тут же следует оговорка. «Окончательное окружение Ленинграда и захват Ингерманландии откладываются до тех пор, пока изменение обстановки в районе окружения или высвобождение других достаточных для этого сил не создадут соответствующих возможностей».
Эта оговорка показывает, что Гитлер, располагая силами большими, чем те, с которыми он начинал свой поход в Россию, не решился на операции по всему фронту, а все сосредоточил на юге.
Как писал генерал Чуйков: «Директива - документ секретного характера, документ, с которым имели право ознакомиться ограниченный круг лиц, это документ, в котором не место пропагандистским формулировкам. Он должен точно и трезво оценивать обстановку. Мы видим, что в своей предпосылке немецкое командование совершенно неверно оценивает наши силы, и поражение свое под Москвой пытается изобразить как военный успех. Недооценивая наши силы, Гитлер в то же время переоценивает свои» Чуйков В.И. Сражение века. - С. 234. .
Таким образом, главная цель наступления противника на Восточном фронте, согласно приведенной директиве № 41, заключалась в завоевании победы над Советским Союзом. «Однако в отличие от плана Барбаросса, - пишет А.М. Самсонов, - достижение этой политической цели уже не основывалось на стратегии «блицкрига». Вот почему в директиве №41 не устанавливаются хронологические рамки завершения кампании на Востоке. Но зато там говорится о том, чтобы, сохраняя позиции на центральном участке, разбить и уничтожить советские войска в районе Воронежа и западнее Дона, овладеть богатыми стратегическим сырьем южными районами СССР» Самсонов А.М. Сталинградская битва. - М., 1989. - С. 327. . Для решения этой задачи намечалось провести ряд последовательных операций: в Крыму, южнее Харькова и уже после этого на воронежском, сталинградском и кавказском направлениях. Операция по захвату Ленинграда и установлению наземной связи с финнами ставилась в зависимость от решения основной задачи на южном участке фронта. Группа армий «Центр» в этот период должна была улучшить свое оперативное положение путем проведения частных операций.
Гитлер 15 марта заявил, что в течение лета 1942 г. «русская армия будет полностью уничтожена» Вельц Г. Солдаты, которых предали. - Смоленск, 1999. - С. 69. . Можно предположить, что такое заявление делалось в пропагандистских целях, являлось демагогическим и выходило за рамки реальной стратегии. Но здесь скорее было и другое.
Авантюристическая по своей сути гитлеровская политика не могла строиться на основе глубокого предвидения и расчета. Все это в полной мере сказалось и на складывании стратегического замысла, а затем и разработке конкретного плана операций 1942 г. Перед творцами фашистской стратегии возникали трудные проблемы. Вопрос о том, как наступать и даже наступать ли вообще на Восточном фронте, становился все более сложным для гитлеровских генералов.
Подготавливая условия для окончательного разгрома Советского Союза, противник решил прежде всего захватить Кавказ с его мощными источниками нефти и плодородные сельскохозяйственные районы Дона, Кубани и Северного Кавказа. Наступление на сталинградском направлении должно было обеспечить, по замыслу противника, успешное проведение в первую очередь главной операции по завоеванию Кавказа. В этом стратегическом плане врага весьма сильно отразилась острая нужда фашистской Германии в горючем.
Выступая 1 июня 1942 г. на совещании командного состава группы армий Юг в районе Полтавы, Гитлер заявил, что «если он не получит нефть Майкопа и Грозного, то должен будет покончить с этой войной» Нюрнбергский процесс / Под ред. Батова П.И. - М., 1994. - С. 178. . Вместе с тем Гитлер строил свои расчеты на том, что потеря СССР нефти подорвет силу советского сопротивления. «Это был тонкий расчет, который был ближе к своей цели, чем принято считать после его окончательной катастрофической неудачи» Лиддел Гарт Б. Г. Стратегия непрямых действий. - М., 1997. - С. 347-348. .
Итак, у германского военного командования не было уже уверенности в успехе наступления - просчет плана Барбаросса в отношении оценки сил Советского Союза был очевиден. Все же необходимость нового наступления признавали как Гитлер, так и немецкие генералы. «Командование вермахта продолжало стремиться к главной цели - разгромить Красную Армию до того, как англо-американские войска начнут боевые действия на континенте Европы. Гитлеровцы не сомневались, что второй фронт по крайней мере в 1942 г. не будет открыт» Дашичев В. И. Банкротство стратегии германского фашизма. Т. 2: Агрессия против СССР. Падение «третьей империи». - М., 1983. - С. 125 . И хотя перспективы войны против СССР кое-кому вырисовывались уже совершенно иначе, чем год назад, фактор времени нельзя было упускать. В этом было полное единомыслие.
«Весной 1942 года, - пишет Г. Гудериан, - перед немецким верховным командованием встал вопрос, в какой форме продолжать войну: наступать или обороняться. Переход к обороне был бы признанием собственного поражения в кампании 1941 года и лишил бы нас шансов на успешное продолжение и окончание войны на Востоке и на Западе. 1942 год был последним годом, в котором, не опасаясь немедленного вмешательства западных держав, основные силы немецкой армии могли быть использованы в наступлении на Восточном фронте. Оставалось решить, что следует предпринять на фронте длиной 3 тыс. километров, чтобы обеспечить успех наступлению, проводившемуся сравнительно небольшими силами. Было ясно, что на большей части фронта войска должны были перейти к обороне». Сталинград: уроки истории / Под ред. Чуйкова В.И. - М., 1980. - С. 134.
Конкретное содержание плана летней кампании 1942 г. на определенном этапе и в какой-то мере было предметом обсуждения среди гитлеровского генералитета. «Командующий группой армий Север генерал-фельдмаршал Кюхлер предлагал первоначально осуществить наступление на северном участке советско-германского фронта с целью овладеть Ленинградом. Гальдер в конечном счете также стоял за возобновление наступления, но, как и раньше, продолжал считать решающим центральное направление и рекомендовал нанести главный удар на Москву силами группы армий Центр» Бутлар фон. Война в России / Мировая война 1939-1945 гг. - М., 1957.- С. 92. . Гальдер полагал, что разгром советских войск на западном направлении обеспечит успех кампании и войны в целом.
Гитлер, безоговорочно поддержанный Кейтелем и Иодлем, приказал главные усилия немецких войск летом 1942 г. направить на юг для захвата Кавказа. Операцию по овладению Ленинградом ввиду ограниченного количества сил намечалось отложить до момента, когда высвободятся войска на юге.
Немецко-фашистское главное командование решило развернуть новое наступление на южном крыле советско-германского фронта, рассчитывая в последовательных операциях по частям разгромить здесь советские войска. Таким образом, хотя при планировании кампании 1942 г. гитлеровские стратеги впервые стали проявлять колебания, тем не менее, как и раньше, высшее военное и политическое руководство третьего рейха пришло к единой точке зрения.
28 марта 1942 г. в ставке Гитлера проходило секретное совещание, на которое был приглашен лишь очень ограниченный круг лиц из высших штабов.
По замыслу гитлеровского военно-политического руководства, немецко-фашистские войска в летней кампании 1942 года все же должны были достичь военных и политических целей, поставленных планом "Барбаросса", которые в 1941 году не были достигнуты в связи с поражением под Москвой. Главный удар предполагалось нанести на южном крыле советско-германского фронта с целью захвата города Сталинграда, выхода в нефтеносные районы Кавказа и плодородные регионы Дона, Кубани и Нижней Волги, нарушить коммуникации, связывающие Центр страны с Кавказом, и создать условия для завершения войны в свою пользу (см. Приложение 1). Гитлеровские стратеги считали, что потеря Донбасса и кавказской нефти серьезно ослабит Советский Союз, а выход немецко-фашистских войск в Закавказье нарушит его связи с союзниками через Кавказ и Иран, поможет втянуть Турцию в войну против него.
Исходя из поставленных задач были внесены изменения в структуру руководства войсками на южном крыле германского Восточного фронта. Группа армий "Юг" (генерал-фельдмаршал Ф. фон Бок) была разделена на две: группу армий "Б" (4-я танковая, 2-я и 6-я полевые немецкие и 2-я венгерская армии; генерал-полковник М. фон Вейхс) и группу армий "А" (1-я танковая, 17-я и 11-я полевые немецкие и 8-я итальянская армии; генерал-фельдмаршал В. Лист).
Для наступления на Сталинградском направлении из состава группы армий "Б" выделялась 6-я полевая армия (генерал танковых войск Ф. Паулюс). На 17 июля 1942 года в ее состав входили 13 дивизий, 3 тыс. орудий и минометов и около 500 танков. Ее поддерживала авиация 4-го воздушного флота (до 1200 самолетов).
Захват Сталинграда был очень важен Гитлеру по нескольким причинам. Это был главный индустриальный город на берегах Волги (жизненно важный транспортный маршрут между Каспийским морем и северной Россией). Захват Сталинграда обеспечил бы безопасность на левом фланге немецких армий, наступающих на Кавказ. Наконец, сам факт, что город носил имя Сталина -- главного врага Гитлера, делал захват города выигрышным идеологическим и пропагандистским ходом. У Сталина также были идеологические и пропагандистские интересы в защите города, который носил его имя.
Ввод советских войск в Афганистан
Западные официальные структуры и пресса оценили как фальсифицирующее события заявление правительства СССР о том...
Гражданская война в Северном крае 1918-1920 гг.
Поднимая вопрос о планах и готовности сторон-участниц Гражданской войны в северном регионе, на наш взгляд, следует его разбирать отдельно для белых частей с союзниками и отдельно для частей красной армии. Итак...
Индустриализация России
Главная задача, которая решалась, -- поднять советское общество на технико-технологическую ступень, соответствующую индустриальному обществу того времени при отрицании рынка и демократии...
Интервенция стран Антанты на севере России в ходе гражданской войны
Вторжение интервентов в Россию, генерал Пуль предлагал объявить акцией осуществляющейся в стране, для спасения русского народа от голода и господства Германии. Ф.Пуль особо подчеркивал...
История России
Провал “блицкрига”, отодвинувший окончание войны на неопределенный срок, сделал необходимым внесение некоторых корректив в гитлеровскую политику “полной колониализации”...
Кавказ в период Великой Отечественной войны
Геополитическое положение Кавказа весьма велико. Он всегда был центром сосредоточения внимания многих стран мира, даже тех, которые находятся довольно далеко от него. За этот регион Россия вела войны в XVIII - XIX веках с Турцией...
Беларусь за свою многовековую историю не один раз становилась жертвой чужеземных захватчиков. Однако такой жестокой, античеловеческой оккупации, которая была в последнюю войну, она еще не знала. В августе - октябре 1941 г...
Первая мировая война в 1914-1918 гг.
Германский генеральный штаб давно и тщательно разработал план войны. Автором этого плана был генерал Альфред Шлиффен. Учитывая, что Германии придется воевать одновременно на два фронта: на востоке - против России и на западе - против Франции...
Петр I - государственный деятель и человек
У Петра ежедневно зарождались новые планы. Об их изобилии свидетельствуют мнемонические приемы, к которым ему приходилось прибегать, чтобы не подвергать риску случайной забывчивости ежедневный результат такой мозговой плодовитости...
Причины военных неудач Красной Армии в Великой Отечественной войне (в период 1941-1942 гг.)
Но, если неподготовленность Красной Армии к войне стала одной из причин разгрома 1941 г., то в 1942 году советские войска были уже опытными, имели за плечами не только поражения и отступления, но и победы (Московская битва, освобождение Ростова...
Весной 1942 года после зимнего контрнаступления Красной армии на большей части советско-германского фронта установилось затишье. Стороны усиленно готовились к летним боям. Предприятия советской военной промышленности...
Сталинградская битва. Положение сторон и боевые действия в 1942 г.
С выходом 6-й полевой армии Ф. Паулюса 17 июля на рубеж реки Чир началось Сталинградское сражение (оборонительный период). Ставка ВГК еще 12 июля срочно приступила к формированию на базе Юго-Западного нового Сталинградского фронта (командующий С...
Чтобы полностью оценить значение второй немецкой летней кампании в России, необходимо вспомнить цели первой летней кампании. Как мы видели, они заключались не в завоевании всей России, а в том, чтобы наступлением на основные стратегические районы заставить русские армии оборонять их и терять в последующих боях защитников. Стратегическая цель заключалась в тактическом истреблении.
Мы также видели, что эта стратегия потерпела крах, так как скорость продвижения была невелика, пространство – чрезмерно большое и сопротивление слишком сильное.
Если стратегия сокрушения не достигла цели в более благоприятных условиях 1941 г., разве могла она иметь успех в менее благоприятных условиях 1942 г.? Гитлер отвечал на этот вопрос отрицательно; и было бы глупо вновь прибегнуть к ней. Вместо стратегии сокрушения следовало применить стратегию истощения. Однако не могло быть и речи о том, чтобы решить эту задачу путем тактического истощения; даже если бы это и было возможно, такой образ действия отнял бы слишком много времени. О том, чтобы раздуть революцию против большевиков, также не могло быть и речи. Следовательно, оставалась единственная возможность: подорвать экономическую мощь России, ударить по материальной основе ее вооруженных сил. Было решено, что для этого нужно лишить Россию донецкого промышленного района, кубанской житницы и кавказской нефти. Короче говоря, лишить Россию важных стратегических районов в четырехугольнике Харьков, Сталинград, Баку, Батуми, что со временем вывело бы русскую армию из строя.
Итак, план Гитлера на 1942 г., видимо, заключался в следующем: отрезать и занять четырехугольник Воронеж, Саратов, Сталинград, Ростов наступлением по двум параллельным направлениям: на севере по линии Курск, Саратов и на юге по линии Таганрог, Сталинград. Под прикрытием этой блокады пройти через Кавказ на Баку.
По словам двух историков, существование такого плана “подтверждается документом, который попал в руки русских и был упомянут премьер–министром Сталиным в речи по случаю XXV годовщины Октябрьской революции” . В документе излагался порядок занятия следующих городов: Борисоглебска, восточное Воронежа, – к 10 июля, Сталинграда – к 25 июля, Саратова – к 10 августа, Сызрани – к 15 августа, Арзамаса, к югу от Горького, – к 10 сентября.
Удивительна уже сама быстрота намечавшегося занятия городов, однако еще удивительнее то, что должно быть ясным даже для новичка в стратегии: успех кампании зависел не столько от занятия важных пунктов, сколько от того, насколько удастся предотвратить ответные действия со стороны русских. Как видно из плана, игнорировались русские армии, находившиеся севернее линии Воронеж, Саратов. Учитывая пространство России и силу русских армий, было очевидно, что их нельзя истребить тактически, равно как невозможно сломить русский народ ввиду его высокой моральной стойкости. Следовательно, успеха можно было достичь лишь в том случае, если стратегически парализовать их, но не лишением ресурсов, которые понадобятся в будущем, например нефти, угля и пшеницы, нужно лишить русских возможностей передвижения. Следовательно, прежде всего надо занять или осадить Москву. Как Париж – центральный узел железных дорог Франции, так и Москва – центральный узел русских железных дорог. В 1914 г. из–за того, что немцы не заняли Парижа, произошла катастрофа на Марне. В 1942 г., как мы увидим ниже, неудача под Москвой привела к катастрофе на Волге. Если бы Москва находилась в руках немцев, тогда постоянными стратегическими бомбардировками Вологды, Буя, Горького, Арзамаса и Пензы, находящихся на расстоянии 250 – 350 миль от Москвы и, следовательно, легко досягаемых для бомбардировщиков, удалось бы не только прекратить подвоз запасов из Архангельска и резервов из азиатской части России, но и привести в хаотическое состояние движение по железным дорогам в центральной части России, а может быть, и остановить все движение.
Армиями, которые должны были выполнить план Гитлера, командовал фельдмаршал фон Бок. Моральный дух и подготовка армий были ниже, чем в 1941 г., однако огневая мощь увеличилась. Громоздкая танковая дивизия численностью 400 танков была сокращена до 250 танков улучшенных образцов, военно–воздушные силы организовали в ударные группы, которые теснее, чем раньше, взаимодействовали с наземными войсками. Немцы приняли новую тактику действия танков, создание которой приписывают фельдмаршалу Роммелю. Она называлась “мотпулк” и, по существу, представляла собой модернизированную копию гуситского подвижного лагеря. Полковник де Ваттервиль описывает ее следующим образом:
“Масса подвижных средств располагалась таким образом, что танки и самоходная артиллерия были внешним обводом, внутри которого помещался уязвимый центр: пехота на автомашинах, противотанковая артиллерия, подвижные ремонтные мастерские и все современное имущество, необходимое армии в бою... Прежде всего это был боевой организм с огромной огневой мощью, чрезвычайно подвижный и покрытый толстой броней...”
Главное германское наступление началось только 28 июня, однако ему предшествовали важные сражения. 8 мая фельдмаршал фон Манштейн, командовавший германской 12–й армией в Крыму, начал наступление на Керчь и взял город штурмом 13 мая. Когда это сражение приближалось к концу, 12 мая маршал Тимошенко, чтобы задержать наступление немцев, нанес сильный удар к югу от Харькова. Быстро продвигаясь от Лозовой в направлении Харькова и Полтавы, русские войска 16 мая заняли Красноград и прорвали внешний пояс обороны “сверхъежа” (Харькова) и через два дня завязали бои на окраинах города. 19 мая немцы перешли в контрнаступление крупными силами. После тяжелых боев в районе Барвенково, Изюм маршал Тимошенко был вынужден оставить Красноград. Во время отступления значительная часть его войск была окружена и взята в плен. 1 июня немцы объявили о полной победе, однако для них это наступление явилось неприятным событием.
Через четыре дня фон Манштейн начал бомбардировку Севастополя, готовясь к штурму крепости. Внешний оборонительный пояс крепости имел в длину 20 миль, внутренний – 8 миль. Крепость оборонял гарнизон в 75 тыс. человек под командованием генерала Петрова. 1 июля после ожесточенного сражения, во время которого по крепости было выпущено 50 тыс. т артиллерийских снарядов и сброшено 25 тыс. т бомб, Севастополь был взят штурмом. Таким образом, весь Крым оказался в руках немцев.
К середине июня сосредоточение германских войск на линии зимнего фронта к западу от реки Оскол не оставило у русских никаких сомнений о готовящемся мощном наступлении. Сюда фон Бок подтянул следующие силы: в район Курска – 2–ю армию, 2–ю танковую армию и венгерскую армию, все под командованием генерала фон Вейха; в район Белгорода – 6–ю армию и 4–ю танковую армию под командованием генерала фон Гота; в район Харькова 17–ю армию и 1–ю танковую армию под командованием фельдмаршала фон Клейста; итальянская армия оставалась в резерве к западу от Харькова. Южнее этой группы армий находилась группа генерала Шведлера, которая должна была поступить в распоряжение 12–й армии фельдмаршала фон Манштейна; последняя вместе с румынской армией в ближайшем будущем перебрасывалась из Крыма.
Русские предполагали, что германское наступление начнется на фронте Воронеж, Ростов и будет развиваться по линии Саратов, Сталинград, поэтому они сосредоточили сильную группировку севернее Воронежа и хорошо укрепили районы Воронежа и Ростова, так же как и рубеж реки Донца.
22 июня немцы внезапно нанесли удар из района Изюма и через три дня выбили русских из Купянска. Затем 28 июня последовало долгожданное наступление, начавшееся ударом восточнее Курска. 1 июля русский фронт между Щиграми и Тимом был прорван. 2 июля немцы большими силами перешли в наступление между Белгородом и Харьковом. Вновь русский фронт был прорван, и к 5 июля немцы достигли на севере западных окраин Воронежа и на юге – линии Сватово, Лисичанск.
Началось сражение за Воронеж, и, как мы увидим, для немцев оно было одним из самых роковых за время всей войны.
6 и 7 июля танки и моторизованная пехота фон Вейха форсировали Дон и ворвались в Воронеж, который находится в углу, образованном Доном и небольшим притоком, так, что город окружен с трех сторон водной преградой. Германская пехота, вступившая в бой, была атакована с фланга между реками. “Русские войска, сосредоточенные... к северу от Воронежа, прибыли вовремя, чтобы спасти положение, возможно, они спасли русским всю кампанию”
.
Нет никаких сомнений, что дело обстояло именно так. В течение последующих десяти дней, пока шли ожесточенные бои в городе, наступление южнее Воронежа развивалось с огромной быстротой. Сравнение его с сопротивлением русских в самом Воронеже произвело странное психологическое воздействие на Гитлера.
К 12 июля фон Гот взял Россошь и Кантемировку – станции на железной дороге Воронеж – Ростов, на следующий день 1–я танковая армия фон Клейста заняла Миллерово. Ворошиловград был обойден с фланга и занят 20 июля. Тем временем армии фон Манштейна двигались на Ростов, который русские эвакуировали 27 июля.
“Весь русский фронт разваливался... германская армия форсировала Дон на широком фронте. Тон русских коммюнике стал серьезным, в передачах по радио чувствовалась растущая озабоченность... В России раздавались настойчивые требования открыть второй фронт”
Быстрое продвижение к Сталинграду и неожиданное сопротивление русских в Воронеже, По–видимому, подсказали Гитлеру решение оставить в Воронеже заслон из группы армий фон Вейхса, а группу фон Гота направить прямо на восток для действий совместно с фон Манштейном против Сталинграда. Только после падения Сталинграда должно было возобновиться наступление на Саратов.
Со стратегической точки зрения, эта ошибка граничит с безумием. Поскольку не было предпринято никаких попыток вывести из строя московский железнодорожный узел, русские армии к северу от Воронежа имели полную свободу передвижения. Занятие Кавказа являлось главной целью немецкого плана. Осуществить это можно было только так: создать к северу от Кавказа глубокий оборонительный район, то есть, как это было предусмотрено первоначальным планом, занять четырехугольник Ростов, Сталинград, Саратов, Воронеж, что вызывалось необходимостью обеспечить глубину обороны и пространство для маневрирования. Заняв не четырехугольник, а треугольник Воронеж, Сталинград, Ростов, немцы образовали клин. Северная сторона клина – линия Воронеж, Сталинград – была открыта для наступления русских в южном направлении с линии Воронеж, Саратов. Изменение оперативной линии, таким образом, подготовило конечное поражение.
В соответствии с изменившимся планом армии фон Вейхса окопались у Воронежа. Для защиты стратегического фланга фон Гота вдоль западного берега Дона были использованы венгерские, итальянские и румынские дивизии. Между тем группа фон Манштейна, наступая из Ростова, форсировала Дон в нижнем течении у Цимлянской, в то время как фон Клейст устремился на юг, на равнины Северного Кавказа.
В течение последней недели июля и первой недели августа войска фон Гота быстро спустились вниз по течению Дона, и разгорелась ожесточенная борьба за плацдармы у Клетской и Калача, где Дон западнее Сталинграда поворачивает на юг. 15 августа была захвачена переправа у Калача, но только 25 августа форсирована река у Клетской. Германские войска, продвигавшиеся южнее Дона, были остановлены у Котельниково. Только после форсирования реки войсками генерала фон Гота они смогли продолжить наступление. 9 сентября была перерезана железная дорога Сталинград–Борисоглебск, и Сталинград подвергся сильной бомбардировке с воздуха. Немцам казалось, что город скоро падет.
Пока операции развертывались таким образом, группа фон Клейста, форсировавшая нижний Дон, быстро растекалась по степям Северного Кавказа. 4 августа пал Ворошиловск, 8 августа русские разрушили и оставили майкопские нефтепромыслы, 20 августа был занят Краснодар, 25 августа германские войска достигли Моздока в среднем течении Терека, в 100 милях от Каспийского моря; русские отступали к Грозному. Наконец, 10 сентября пала военно–морская база на Черном море – Новороссийск. Из–за труднопроходимой местности, сопротивления русских, растянувшихся коммуникаций и недостатка горючего кавказская кампания фактически на этом и окончилась. Все было брошено на захват Сталинграда. Сталинград (бывший Царицын) был большим, широко раскинувшимся промышленным городом с населением около 500 тыс. человек; он стоит на правом берегу Волги, в нескольких милях выше ее изгиба. Наступление немцев на город затруднялось тем, что Волга здесь имеет ширину 2 – 2,5 мили и, следовательно, трудна для переправы. Город нельзя было полностью окружить, не форсировав реку.
Перед немцами стояла проблема закрепиться на левом берегу Волги. Тогда сравнительно небольшая армия могла остановить все движение по реке и блокадой вынудить гарнизон Сталинграда покинуть город.
При любой переправе через реку с боем определяющий фактор вовсе не ширина реки, хотя это и важно, а ширина фронта наступающего. Если фронт широкий, ложными попытками переправы в нескольких местах наступающие отвлекут внимание противника, наведут мост на каком–нибудь незащищенном или слабо защищенном участке обороны противника и создадут плацдарм. Широкая река, такая, как Волга, требует больше времени для переправы, чем узкая, следовательно, фронт для проведения отвлекающих операций должен быть шире. Немцы прежде всего и должны были создать такой фронт. Однако они не сделали этого, а прибегли к прямому удару, пытаясь взять город бомбардировкой и штурмом.
Штурм начался 15 сентября. В течение целого месяца атака следовала за атакой, однако гарнизон под командованием генерала Чуйкова оказывал сильное сопротивление, и немцы смогли добиться лишь местных, или временных, успехов. Крайний идиотизм такого образа действия должен был бы стать очевидным, как только выяснилось, что город нельзя взять с хода. Город – не крепость, но до тех пор, пока гарнизон стойко держится и его линии снабжения действуют, превратить город в груду развалин – это не что иное, как легчайший способ создать препятствие, которое сильнее любой из специально построенных крепостей.
Потери германских войск в бессмысленных штурмах были настолько тяжелыми, что 15 октября генерал Гот получил приказ прекратить атаки и систематическим артиллерийским огнем и бомбардировкой с воздуха стереть Сталинград с лица земли. Зачем? Возможен только один ответ: поддержать престиж Гитлера, ибо город уже лежал в развалинах. Промышленность Сталинграда была уничтожена, Волга перехвачена, движение транспортов по Волге вверх и вниз приостановлено. Доставка нефти из Баку в Москву прекратилась. Следовательно, теперь оставалось только держать реку блокированной, сам город тактически не представлял никакой ценности.
Таким образом, немцы выпустили из рук инициативу наступления в России, причем в это же время они все более утрачивали ее в Северной Африке. Много факторов создает и поддерживает инициативу, однако основным фактором является обеспечение свободы передвижения для себя или, напротив, ограничение этой свободы для противника. Как в Северной Африке, так и в Сталинграде, по существу по всей России, был один общий, всеопределяющий фактор – чрезмерная растянутость германских коммуникаций плюс трудности, связанные с охраной их.
Из Египта коммуникации Роммеля тянулись на 1200 миль до Триполи и еще на 1300 миль по прямой линии до промышленных городов Германии, снабжавших его армии. Протяженность коммуникаций Гота через Россию составляла 1000 миль и через Германию до центральных районов – 600 миль. В первом случае, до тех пор пока англичане крепко держали Мальту, они могли действовать против коммуникационных линий армии Роммеля; во втором случае, пока русские удерживали Москву, они имели свободу маневра против войск фон Гота, при этом русские партизанские отряды заставляли немцев защищать каждую милю своих коммуникаций и, следовательно, отвлекали с фронта сотни тысяч солдат.
Тем не менее осенью 1942 г. экономическое положение России было отчаянным, и, если бы не постоянный приток англо–американских материалов через Архангельск, сомнительно, чтобы русские могли воспользоваться тем нелепым положением, в которое Гитлер поставил свои армии.
С 6 июня 1941 г. в результате германской оккупации население под властью советского правительства сократилось с 184 млн. до 126 млн., то есть больше чем на 30%. Россия понесла огромные экономические потери. Было потеряно: продовольственных ресурсов – 38%, угля и электрической энергии – 50%, железа и стали – 60%, марганца и алюминия – 50%, химической промышленности – 33%.
Следовательно, основная идея стратегического плана Гитлера была правильна: ударить по экономике России, основе ее военной мощи. При осуществлении плана совершалась ошибка за ошибкой. Размеры России не давали возможности принудить неприятеля к генеральному сражению; Гитлер не понял, что сначала нужно лишить противника подвижности и только затем занимать важные стратегические районы. Русских можно было лишить подвижности, заняв центр русских коммуникаций – Москву. Вместо этого Гитлер, подобно Карлу XII и в большей степени, чем Наполеон, потерял инициативу.
После великой победы под Полтавой в 1709 г. Петр Великий вступил в Киев. В соборе Святой Софии отслужили молебен. Русский священник Феофан Прокопович, обращаясь к царю и его солдатам, сказал: “Узнают ближние и соседи наши и скажут: яко не в землю нашу, но в некое море взошли силы свейские, погрузились как олово в воду и не взвратится вестник от них в свою отчизну”
.
В этом тайна русской мощи, которую не учел Гитлер в своей стратегии. Ее можно было подорвать, только лишив русские армии подвижности, тогда пространство России превратилось бы для них из союзника в смертельного врага.
Источник информации:
Книга: Вторая мировая война. 1939-1945. Стратегический и тактический обзор
Понесенные зимой 1941-1942 года потери уже не позволяли немецкой армии вести наступление на нескольких направлениях, как это было в году. Приходилось выбрать лишь одно главное направление, а на остальных перейти к обороне.
5 апреля штаб-квартира фюрера выпустила приказы на предстоящую летнюю кампанию, которая должна была обеспечить окончательную победу на Востоке. Группа армий "Север" в ходе проведения операции "Северное сияние" должна была завершить окружение Ленинграда и соединиться с финскими войсками. Главный удар в ходе операции "Зигфрид" (позже переименованной в операцию "Блау") предполагалось нанести на южном фланге советско-германского фронта.
Намечалось провести ряд последовательных операций: в Крыму, южнее Харькова и уже после этого на воронежском, сталинградском и кавказском направлениях.
Подготавливая условия для окончательного разгрома Советского Союза, планировалось прежде всего захватить Кавказ с его мощными источниками нефти и плодородные сельскохозяйственные районы Дона, Кубани и Северного Кавказа. Наступление на сталинградском направлении должно было обеспечить успешное проведение главной операции по завоеванию Кавказа и расценивалось как вспомогательное. В этом стратегическом плане весьма сильно отразилась острая нужда Германии в горючем, которого постоянно не хватало. Если в течение 1939-1940 года немецкие войска обеспечивали свои потребности за счет поставок из СССР, а в кампании против СССР в 1941 году им удалось у границы захватить огромные запасы горючего, которое в значительной мере помогло обеспечить потребности войск, то в 1942 году Германия могла рассчитывать только на поставки из Румынии, которые не могли полностью обеспечить потребности немецких вооруженных сил. В 1941 году румынская нефть удовлетворяла потребности Вермахта примерно на одну треть.
Выступая 1 июня 1942 г. на совещании командного состава группы армий "Юг" в районе Полтавы, заявил, что если он не получит нефть Майкопа и Грозного, то должен будет покончить с этой войной
Выбор юга для наступления обусловливался и рядом других соображений, в том числе специфически военного характера. Немецкие войска на центральном участке фронта глубоко вклинивались в советскую территорию и находились под угрозой фланговых ударов Красной Армии. В то же время немецкие войска занимали нависающее положение по отношению к южной группировке советских войск. Красная Армия имела здесь не меньше сил, чем на западном направлении. Однако открытая местность - степные просторы Придонья, Поволжья и Северного Кавказа - создавала наиболее благоприятные возможности для использования подвижных соединений и авиации. Определенное значение имело и то, что на юге легче было сосредоточить войска союзников: румын, венгров и итальянцев.
Захват Кавказа преследовал, помимо указанных выше, и другие важные цели: это приближало немецко-фашистские войска к Турции и ускоряло решение ее руководства о войне против СССР; Советский Союз с потерей Кавказа лишался связей с внешним миром через Иран, откуда шла значительная часть поставок по ленд-лизу; захват черноморских баз обрекал на гибель советский Черноморский флот. Наконец, предполагалось в случае удачного осуществления задуманного наступления открыть путь на Ближний Восток.
Готовясь к проведению намеченных операций, немецкое руководство провело ряд подготовительных мероприятий. В поисках необходимых для наступления сил и средств не были забыты и союзники Третьего Рейха. За несколько недель до принятия окончательного решения о плане летней кампании 1942 г. начальник штаба верховного главнокомандования генерал-фельдмаршал Кейтель посетил по заданию Гитлера столицы европейских союзников Германии, которые должны были выделить для операции значительные силы. В результате удалось получить от правительств Италии и Венгрии обещание выделить по одной усиленной армии. В Румынии И.Антонеску обещал предоставить в распоряжение немецкого командования новые дивизии в дополнение к уже действовавшим на Востоке румынским войскам.
В ряду мероприятий немецкого командования, направленных к подготовке наступления на южном крыле советско-германского фронта, не последнее место занимал план фиктивной операции "Кремль". Ее цель - дезинформация советского командования в отношении немецких планов на летнюю кампанию 1942 года.
Операция "Кремль" была разработана по указанию ОКХ и Гитлера штабом группы армии "Центр". В "Приказе о наступлении на Москву", подписанном 29 мая командующим генерал-фельдмаршалом Клюге и начальником штаба генералом Велером, войскам группы армии "Центр" ставилась задача: "Разгромить вражеские войска, находящиеся в районе западнее и южнее столицы противника, прочно овладеть территорией вокруг Москвы, окружив город, и тем самым лишить противника возможности оперативного использования этого района". Для достижения этой цели в приказе ставились конкретные задачи 2-й, 3-й танковым, 4-й, 9-й армиям и 59-му армейскому корпусу. Начало той и другой операции ("Кремль" и "Блау") по времени совпадало. Было сделано все, включая радиодезинформацию, чтобы план операции "Кремль" стал известен командованию Красной Армии. И этого удалось добиться.
10 мая командующий 6-й армией генерал танковых войск Паулюс $/ С середины января он был назначен командующим вместо умершего генерал-фельдмаршала фон Рейхенау. $ представил командующему группой армий "Юг" генерал-фельдмаршалу фон Боку план операции под кодовым названием "Фридрих", предусматривавшей ликвидацию Барвенковского выступа, возникшего в ходе январского наступления Красной Армии, восстановление линии фронта по Северскому Донцу и захват на северном берегу этой реки плацдарма в районе Изюма.
1 июня 1942 года в штабе группы армий "Юг" в Полтаве состоялось расширенное совещание командующих. Гитлер прибыл в сопровождении генерал-фельдмаршала Кейтеля, начальника оперативного отдела генерал-лейтенанта Хойзингера и генерал-квартирмейстера генерала Вагнера. На совещание были приглашены: командующий группой армий "Юг" генерал-фельдмаршал фон Бок, начальник штаба группы армий "Юг" генерал пехоты фон Зоденштерн, генерал-лейтенант фон Грейфенберг, впоследствии начальник штаба группы армий "А", командующий 1-й танковой армией генерал-полковник фон Клейст, командующий 17-й армией генерал-полковник Руофф, командующий 2-й армией генерал-полковник фон Вейхс, командующий 4-й танковой армией генерал-полковник Гот, командующий 6-й армией генерал танковых войск Паулюс, командир 3-го моторизованнного корпуса генерал танковых войск фон Макензен, и от военно-воздушных сил - командующий 4-м воздушным флотом генерал-полковник фон Рихтгофен.
Обсуждался план действий на южном направлении. Гитлер уточнил цели наступления, намеченные в директиве от 5 апреля 1942 года.
Планы были хорошие, но немецкое командование снова совершило две ошибки. Во-первых, оно снова переоценило свои силы. Во-вторых, оно снова недооценило силы Красной Армии.
19 июня майор Рейхель, офицер оперативного отдела 23-й танковой дивизии, на штабном самолете вылетел в части, расположенные на линии фронта. В нарушение всех правил о соблюдении военной тайны он захватил с собой детальные планы предстоящего наступления. Самолет был сбит неподалеку от передовой. Патруль, направленный к месту катастрофы, чтобы забрать тела и документы, обнаружил, что русские добрались до самолета первыми.
Гитлер, узнав о том, что произошло, пришел в бешенство. Он потребовал, чтобы командира дивизии и командира корпуса судил военный трибунал, и настаивал на расстреле. Сталин, когда ему доложили о захваченных бумагах, посчитал их очередной дезинформацией.
В соответствии с военно-политическими целями дальнейшего ведения войны ранней весной 1942 г., когда активная вооруженная борьба на советско-германском фронте почти прекратилась, обе воюющие стороны приступили к выработке стратегических планов военных действий.
Разработка Ставкой Верховного Главнокомандования и Генеральным штабом стратегического плана действий Советских Вооруженных Сил на очередной этап войны и проведение мероприятий по подготовке новой военной кампании имели ряд характерных особенностей. Они определялись своеобразными условиями военно-политической и стратегической обстановки, сложившейся к весне 1942 г. Во-первых, не было твердой уверенности в том, что второй фронт будет открыт в сроки, отвечавшие общим интересам борьбы антифашистской коалиции, то есть в 1942 г. В то же время гитлеровское руководство было осведомлено, что в ближайшее время второго фронта не будет. Поэтому оно могло использовать максимум сил и средств для развертывания новых активных действий на Восточном фронте. Во-вторых, союзники не полностью выполняли свои обязательства по доставке в СССР военных материалов по ленд-лизу. Поэтому Советский Союз должен был рассчитывать только на себя.
Советское командование принимало в расчет мероприятия по значительной организационной перестройке и техническому перевооружению Советской Армии, а также созданию крупных резервов, которые могли завершиться не ранее лета 1942 г. Между тем многочисленные данные свидетельствовали о том, что новое крупное наступление врага на советско-германском фронте начнется уже весной 1942 г.
18 марта 1942 г. военная разведка доносила в Генеральный штаб: «Подготовка весеннего наступления подтверждается перебросками немецких войск и материалов. За период с 1.1 по 10.3 переброшено до 35 дивизий 1, непрерывно идет людское пополнение в действующие армии. Ведутся интенсивные работы по восстановлению железнодорожной сети на оккупированной территории СССР, идет усиленный завоз боевых и транспортных машин, боеприпасов, артиллерии. Не исключается, что решительное наступление немцев на Восточном фронте будет при одновременном выступлении Японии против СССР и нажиме со стороны немцев на Турцию с целью принудить ее к пропуску немецких войск на Кавказ... Немцы, не имея возможности произвести соответствующую перегруппировку сил на фронте, не смогут повторить наступление на широком фронте. Все усилия они сосредоточивают на подготовке последовательных операций: вначале с целью захвата Кавказа и Мурманской (Кировской.- Ред.) железной дороги, затем распространение операций к северу с задачей овладения городами Москвой и Ленинградом. Решением этих задач достигалась бы" основная стратегическая цель - изоляция СССР от союзников, лишение его нефти, и если не разгром, то низведение его до степени, когда он теряет всякое значение. В этом основной замысел германского командования.
1 Фактически было переброшено меньше - около 20 дивизий.
Центр тяжести весеннего наступления будет перенесен на южный сектор фронта с вспомогательным ударом на севере, при одновременной демонстрации на центральном фронте против Москвы...» 1 И как вывод в донесении отмечалось: «Германия готовится к решительному наступлению на Восточном фронте, которое развернется вначале на южном секторе и распространится в последующем к северу. Для весеннего наступления Германия вместе с союзниками выставит до 65 новых дивизий... Наиболее вероятный срок весеннего наступления - середина апреля или начало мая 1942 г.»
23 марта 1942 г. органы госбезопасности сообщили в Государственный Комитет Обороны: «Главный удар будет нанесен на южном участке с задачей прорваться через Ростов к Сталинграду и на Северный Кавказ, а оттуда по направлению к Каспийскому морю. Этим путем немцы надеются достигнуть источников кавказской нефти. В случае удачи операции с выходом на Волгу у Сталинграда немцы наметили повести наступление на север вдоль Волги. Немцы этим летом будут стремиться не только выйти к Волге и Каспийскому морю, но и предпримут основные операции против Москвы и Ленинграда, так как захват их является для немецкого командования делом престижа» 2.
Такие прогнозы стратегической разведки не могли не повлиять на оценку обстановки Ставкой Верховного Главнокомандования и принятие ею решения на дальнейшее ведение вооруженной борьбы на новом этапе войны.
Весной 1942 г. в распоряжении Ставки не было достаточных сил и средств для ведения наступления большого масштаба, но откладывать активные действия на длительный срок было нельзя. В этой обстановке, пишет Маршал Советского Союза А. М. Василевский, «фронты перешли к обороне. Перед нами встал вопрос о плане военных действий на следующие полгода. Он всесторонне обсуждался в Генштабе. Ни у кого из нас не было сомнений, что противник не позднее лета вновь предпримет серьезные активные действия с тем, чтобы, опять захватив инициативу, нанести нам поражение. Мы критически анализировали итоги зимы. Теперь Ставка, Генеральный штаб и весь руководящий состав Вооруженных Сил старались точнее раскрыть замыслы врага на весенний и летний периоды 1942 года, по возможности четче определить стратегические направления, на которых суждено будет разыграться основным событиям. При этом все мы отлично понимали, что от результатов летней кампании 1942 года во многом будет зависеть дальнейшее развитие всей мировой войны, поведение Японии, Турции и т. д., а быть может, и исход войны в целом» 3.
1 ИВИ. Документы и материалы, инв. № 5, лл. 296-297.
2 ИВИ. Документы и материалы, инв. № 6083, л. 6.
3 А. Василевскии. Дело всей жизни. М., 1975, стр. 203.
Стратегический план действий Советских Вооруженных Сил на более длительный период должен был предусмотреть конечную политическую цель войны на 1942 год - разгром врага и освобождение всей оккупированной советской территории. Это и лежало в основе разработки решения, начатой Ставкой и Генеральным штабом после завершения зимней наступательной кампании.
Оценивая сложившуюся к весне 1942 г. обстановку, Верховный Главнокомандующий II. В. Сталин предполагал, что гитлеровское командование летом 1942 г. будет в состоянии вести крупные наступательные операции одновременно на двух стратегических направлениях - московском и на юге страны. Особое значение он придавал московскому направлению, где у противника находилось более 70 дивизий.
И. В. Сталин полагал, что Советские Вооруженные Силы еще не имели достаточно сил и средств, чтобы при отсутствии второго фронта в Европе развернуть весной 1942 г. крупные наступательные операции. Поэтому он считал целесообразным на ближайшее время ограничиться активной обороной на всем советско-германском фронте, проводя наряду с этим частные фронтовые наступательные операции на отдельных его участках 1.
Генеральный штаб, в частности его начальник Маршал Советского Союза Б. М. Шапошников и его заместитель генерал А. М. Василевский, в основном придерживался того же мнения, что и Верховный Главнокомандующий. Маршал Б. М. Шапошников твердо стоял на том, чтобы на первом этапе стратегических действий ограничиться только активной обороной, выдержать удар врага, измотать и обескровить его в начале лета, а затем, накопив резервы, перейти к широким контрнаступательным действиям 2.
Государственный Комитет Обороны предусматривал в качестве основной ближайшей задачи: создать к маю - июню 1942 г. мощные обученные резервы, накопить оружие, боеприпасы, танки, самолеты и другую боевую технику, а также необходимые материальные ресурсы для обеспечения войск в последующем наступлении. Все обоснования и расчеты по плану стратегических действий на 1942 г. Генеральный штаб завершил уже к середине марта. Главная идея плана: активная оборона, накопление резервов, а затем переход в решительное наступление. Однако работа над планом продолжалась в связи с предложением командования Юго-Западного направления провести в мае силами Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов большую наступательную операцию.
Окончательный вариант плана действий Советских Вооруженных Сил был рассмотрен и утвержден в конце марта на совместном совещании Государственного Комитета Обороны и Ставки Верховного Главнокомандования. На этом совещании маршал Б. М. Шапошников еще раз изложил мнение Генерального штаба о целесообразности перехода всей действующей армии к временной активной обороне и сосредоточении основных стратегических резервов на западном направлении и частично в районе Воронежа, где летом могут разыграться главные события. Это мнение обосновывалось в основном численным превосходством сил противника и отсутствием второго фронта в Европе. Б. М. Шапошников не согласился с предложением маршала С. К. Тимошенко о возможности проведения уже весной крупной наступательной операции силами Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов, мотивируя свое несогласие трудностями организации подобной операции и отсутствием необходимых резервов. Однако доводы Генерального штаба не были полностью приняты во внимание. Совещание закончилось указанием Верховного Главнокомандующего подготовить и провести в ближайшее время наступательные операции в районе Харькова, в Крыму и в других районах.
1 См. Г. Жуков. Воспоминания и размышления. Т. 2. М., 1974, стр. 64-65. См. там же.
Таким образом, стратегический план Ставки на 1942 год в целом соответствовал военно-политической цели Советского государства на очередное этап войны и в своей основе носил активный характер. Наиболее детально была разработана первая часть этого плана, которая касалась намечаемых действий Советских Вооруженных Сил на весну и начало лета 1942 г (апрель - июнь). В этот период Советская Армия должна была оставаться во временной стратегической обороне с задачей завершить начатую реорганизацию войск и переоснащение их новой техникой, а также накопить резервы, с тем чтобы с лета 1942 г. развернуть новое наступление Чтобы придать обороне активный характер, план предусматривал также проведение ряда наступательных операций на отдельных направлениях фронта от Баренцева до Черного моря с общей задачей закрепить успеха: минувшей зимней кампании, улучшить положение войск в определенных районах и упреждающими ударами сорвать подготовку противника к летнему наступлению.
Вторая часть плана намечала переход Советских Вооруженных Сил с лета 1942 г. в решительное наступление на большей части советско-германского фронта с нанесением главного удара на южном крыле. Она была разработана в самых общих чертах, поскольку подробное планирование крупных наступательных операций могло быть проведено только с учетом результатов военных действий весной 1942 г.
В соответствии с принятым решением Ставка поставила в апреле - начале мая фронтам действующей армии конкретные боевые задачи на ближайший весенний этап борьбы.
Войскам Брянского фронта 20 апреля было приказано в первых числах мая провести операцию силами двух армий и танкового корпуса на курско-льговском направлении с целью овладеть Курском и перерезать железную дорогу Курск - Льгов 1.
Юго-Западный фронт получил разрешение на проведение Харьковской операции при содействии части сил Южного фронта. Согласно плану, утвержденному главкомом Юго-Западного направления 10 апреля, цель операции состояла в том, чтобы упредить противника в развертывании наступательных действий на харьковском направлении и сохранить за собой инициативу. Юго-Западный фронт должен был, используя плацдармы на правом берегу Северского Донца, северо-восточнее и юго-восточнее Харькова, нанести два удара по сходящимся направлениям на Харьков, разгромить харьковскую группировку противника и овладеть Харьковом- важным опорным пунктом вражеской обороны.
Южный фронт должен был оборонять занимаемые рубежи, прикрывая ростовское и ворошиловградское направления и район Лозовая, Барвен-ково, Изюм. Предполагалось, что Юго-Западный и Южный фронты создадут необходимые условия для развертывания летом крупной совместной наступательной операции в целях освобождения Донбасса и выхода на рубеж Днепра.
В целях облегчения управления войсками на южном крыле советско-германского фронта в предстоящем наступлении летом 1942 г., Ставка сочла необходимым создать 21 апреля Северо-Кавказское направление. В него были включены Крымский фронт, Севастопольский оборонительный район, Северо-Кавказский военный округ, Черноморский флот и Азовская военная флотилия. Главнокомандующим войсками Северо-Кавказского направления был назначен Маршал Советского Союза С. М. Буденный, членом Военного совета - секретарь Краснодарского крайкома ВКП(б) П. И. Селезнев, заместителем главкома по морской части - заместитель наркома ВМФ адмирал И. С. Исаков, начальником штаба - генерал Г. Ф. Захаров.
1 Это наступление впоследствии было отменено Ставкой ВГК.
Войска Северо-Кавказского направления должны были полностью очистить Крым от противника и не допустить высадку морских десантов на побережье Азорского и Черного морей на участке Ростов, Туапсе, а также воздушных десантов на Керченском полуострове и на территории Северо-Кавказского военного округа. В случае попыток противника развернуть наступление на ростовском направлении этим войскам во взаимодействии с войсками Южного фронта надлежало прочно удерживать рубеж реки Дон, не давая противнику возможности выдвинуться в пределы Северного Кавказа.
Активные наступательные задачи получили фронты действующей армии и на других направлениях советско-германского фронта.
Войскам Калининского и Западного фронтов было приказано завершить начатые зимой операции по разгрому ржевско-вяземской группировки противника с развитием в последующем наступления на Смоленск. Одновременно с этим командующий Западным фронтом получил задачу осуществить воздушно-транспортную операцию в целях усиления кавалерийской группы генерала П. А. Белова, действовавшей в тылу врага, личным составом, вооружением и материально-техническими средствами 1. Эти войска должны были удерживать и расширять занимаемый ими район, а также наносить удары по коммуникациям, железным дорогам и базам противника в районах Смоленска, Ярцева, Вязьмы, Починка 2. Срок операции был определен с 10 по 25 мая. Согласно директиве Ставки к операции привлекалось 120 самолетов, которые должны были выделить командующий Военно-Воздушными Силами, командующий авиацией дальнего действия и командующий Западным фронтом. На командующего Войсками ПВО страны возлагалась задача по прикрытию аэродромов погрузки тяжелой авиации. Обратными рейсами самолетов предполагалась эвакуация раненых из группы Белова.
От войск Северо-Западного фронта Ставка потребовала завершить ликвидацию демянской группировки врага, которая глубоко вклинилась в расположение советских войск на стыке Северо-Западного и Калининского фронтов.
Войска Карельского фронта должны были подготовить и провести частные операции на мурманском, Кандалакшском, кестеньгском направлениях и выйти на государственную границу 3, а войска 7-й отдельной армии - полностью очистить от финских войск левый берег реки Свирь и захватить плацдармы на ее правом берегу 4.
Военно-Морской Флот в стратегическом плане Ставки учитывался главным образом как сила, осуществляющая самостоятельные боевые действия на Северном и Черноморском морских театрах. Балтийский флот намечалось использовать ограниченно, так как он был блокирован в Кронштадте и Ленинграде. Перед Северным флотом была поставлена задача по защите морских коммуникаций в Баренцевом и Белом морях, а также на Северном морском пути. На него же возлагалась задача нарушать морские сообщения противника, но особо важными являлись организация и проведение специальных операций, которые должны были обеспечить безопасность конвоев, направлявшихся в северные порты Советского Союза. Кроме того, силы этого флота привлекались к совместным действиям с 14-й армией Карельского фронта, проводившей операцию на мурманском направлении. Черноморский флот совместно с Boйcками Приморской армии должен был не только активно участвовать в обороне Севастополя, но и обеспечить боевые действия Крымского фронта на Кер ченском полуострове, снабжать войска, наносить удары по коммуникация врага и отражать удары торпедных катеров и авиации противника по своим базам и кораблям.
1 В состав группы П. А. Белова входили 1-й гвардейский кавалерийский корпус в отдельные части 4-го воздушно-десантного корпуса.
2 Архив МО, ф. 132а, оп. 2642, д. 41 лл. 130-131
3 Архив МО, ф. 132а, оп. 2642, д. 31, лл. 173-175.
4 Там же, лл. 178-179.
Нацеливая Военно-Морской Флот на решение самостоятельных задач, Ставка обратила внимание и на недочеты в использовании сил флотов при совместных действиях с войсками фронтов на приморских направде ниях. В директиве начальника Генерального штаба были даны конкретные указания об использовании корабельной артиллерии, улучшении организации взаимодействия между сухопутными войсками и флотами организации разведки и другим вопросам.
Фронты, действующие на западном и юго-западном направлениях одновременно с наступательными задачами получили указания о создании резервов и постройке войсковых оборонительных линий: «В целях создания резервов и образования ударных кулаков для использования их нами на желаемых направлениях в наступательных действиях Ставка Верховного Главнокомандования считает целесообразным прикрыться на некоторых участках нашего общего фронта меньшими силами, с тем чтобы сгруппировать освобождающиеся силы и средства в армейских и фронтовых резервах и подготовить их к участию в предстоящих наших наступательных операциях, а также к контрударам на случай неожиданного наступления противника.
В этих видах Ставка считает нужным, чтобы... фронт в срочном порядке построил войсковую оборонительную линию по всему фронту, что должно дать возможность высвободить часть войск для образования ударных кулаков» 1.
В указаниях Ставки об упрочении обороны фронтов приказывалось довести глубину главной полосы обороны до 10-12 км. Наряду с этим Ставка провела значительные мероприятия по укреплению старых и строительству новых тыловых оборонительных рубежей на значительную глубину, достигавшую в общей сложности 600 км (до р. Волга).
На юго-западном направлении развертывалось строительство рубежа на линии Воронеж, Старобельск, Ростов-на-Дону; совершенствовались старые оборонительные рубежи по реке Дон и строились оборонительные обводы вокруг таких крупных городов, как Воронеж, Ростов, Саратов, Сталинград. На западном направлении возводилась Можайская линия обороны и укреплялись оборона вокруг Москвы и старые рубежи по рекам Ока и Волга. Для обороны кавказского направления еще в конце 1941 г. началось сооружение полевого укрепленного рубежа по Нижнему Дону от станицы Нижнечирская до Азова общей протяженностью 700 км, а также рубежей по рекам Кума и Маныч. Однако к весне 1942 г. все они были слабо развиты в глубину на основных направлениях. Кроме того, из-за неудачно выбранного места для оборонительных сооружении произошло затопление части из них при весеннем половодье.
В мае 1942 г. началось строительство оборонительных рубежей между Доном и Кубанью, по реке Терек и обводов вокруг Тихорецка, Вороши-ловска, Грозного, Минеральных Вод, Краснодара.
Большое внимание Ставка уделяла также усилению обороны Ленинграда. Продолжалась эвакуация населения города.
Готовилась навигация на Ладожском озере. Создавалась вторая трасса через Шлиссельбургскую губу длиной около 30 км. С этой целью на восточном берегу озера строился Кобоно-Кореджский порт.
1 Архив МО, ф. 132а, оп. 2642, д. 32, лл. 89-95, 185-187, 190-195.
Пополнялся судовой состав: металлические баржи строились в Ленинграде, деревянные - на судостроительной верфи на реке Сясь. Перебрасывались на Ладогу небольшие пароходы и баржи из Волжского, Северо-Камского и других пароходств.
Постановлением, от 9 апреля 1942 г. Государственный Комитет Обороны возложил ответственность за организацию перевозок через озеро на Ладожскую военную флотилию, которой командовал капитан 1 ранга В. С. Чероков. Северо-Западное речное пароходство в оперативном отношении было подчинено командующему Ладожской военной флотилией. Были приняты меры для усиления противовоздушной обороны Ладожской трассы.
Как важный фактор в стратегическом плане Ставки учитывалось и партизанское движение, силы которого предусматривалось использовать в широких масштабах для дезорганизации вражеского тыла.
Таким образом, все фронты, развернутые от Заполярья до Крыма, получили не только указания по совершенствованию обороны в своих полосах, но и наступательные задачи с ограниченными целями. Эти задачи они должны были решать в условиях временной обороны до лета 1942 г., то есть до начала нового стратегического наступления с решительными целями - разгрома основных группировок врага и освобождения советской территории. Общая цель всех весенних наступательных действий сводилась к тому, чтобы улучшить оперативно-стратегическое положение Советских Вооруженных Сил на основных направлениях, вскрыть намерения противостоявшего противника, нанести поражение его группировкам, упреждающими ударами сорвать замысел гхгглеровского командования на развертывание нового крупного наступления на советско-германском фронте, придав тем самым стратегической обороне советских войск активный характер. При нанесении упреждающих ударов наибольшее значение придавалось району Харькова - важнейшему стратегическому объекту на юго-западном направлении. Все это должно было создать благоприятные условия для развертывания летом крупных наступательных операций на огромном фронте от Балтики до Черного моря в целях разгрома основных группировок врага и создания решительного перелома в войне в пользу СССР, начало которому было положено под Москвой зимой 1941/42 г.
С учетом сроков готовности резервов и степени реорганизации Военно-Воздушных Сил и бронетанковых войск летнее наступление Советской Армии могло начаться только во второй половине июля 1942 г.
Ставка Верховного Главнокомандования расположила свои резервы так, чтобы они могли быть использованы, в зависимости от складывавшейся обстановки, как на юго-западном направлении - для отражения ожидавшегося удара врага и перехода в решительное наступление, так и на западном - для надежного обеспечения района Москвы. Поэтому основные силы резервов сосредоточились в районах Тулы, Воронежа, Сталинграда, Саратова, откуда они могли быть быстро выдвинуты на то или иное угрожаемое направление. Между этими двумя направлениями были распределены и все маршевые пополнения действующей армии.
В основу нового плана наступления в 1942 г. гитлеровское руководство положило стремление достичь политических целей войны против СССР, которых фашистской Германии не удалось добиться в 1941 г. Стратегическая концепция верховного главного командования вермахта определяла советско-германский фронт как основной фронт борьбы. Именно здесь, считали руководители фашистской Германии, находится ключ к завоеванию победы над антифашистской коалицией, к решению проблемы завоевания мирового господства. Общий стратегический замысел сводился к нанесению мощного удара сосредоточенными силами на одном стратегическом направлении - южном крыле фронта - и к последовательному расширению полосы наступления к северу.
В беседе с японским послом Осимой 3 января 1942 г., после поражения немецко-фашистских войск под Москвой, Гитлер доверительно сообщил ему: «Советы уже в следующее лето будут разгромлены... Лето является решающей стадией военного спора. Большевиков отбросят так далеко, чтобы они никогда не могли касаться культурной почвы Европы» Развивая и конкретизируя свои авантюристические планы, он продолжил: «Я намереваюсь пока в центре фронта больше не проводить наступательных операций. Моей целью будет наступление на южном фронте Я решил, как только улучшится погода, снова предпринять удар в направлении Кавказа.
Это направление - важнейшее. Нужно выйти к нефти, к Ирану и Ираку. Если мы туда выйдем, то, я надеюсь, освободительное движение арабского мира 1 также могло бы помочь нашему прорыву. Конечно, кроме того, я позабочусь о том, чтобы уничтожить Москву и Ленинград...
Если Англия потеряет Индию, то обрушится целый мир. Индия - это ядро английской империи. Необходимо, чтобы Германия и Япония посоветовались о совместных планах на 1942 и 1943 годы. Оба союзника не должны ни при каких обстоятельствах остановиться на полпути. Я уверен, что Англию можно уничтожить. Как устранить США, я еще не знаю» 2.
Впервые вопрос о проектах плана новой наступательной кампании возник в феврале 1942 г., когда обстановка на советско-германском фронте несколько стабилизировалась. Новое наступление на Востоке намечалось начать сразу же после весенней распутицы. 20 февраля начальник оперативного отдела генерального штаба сухопутных войск генерал А. Хой-зингер уже представил генералу Ф. Гальдеру первый проект плана наступления. Этот план предусматривал два этапа борьбы: весенний и летне-осенний. Весной 1942 г. имелось в виду силами группы армий «Юг» овладеть Керченским полуостровом и Севастополем, а также ликвидировать советские войска в выступе фронта в районе Барвенково, что должно было создать необходимые условия для развертывания летом того же года главной операции на южном крыле советско-германского фронта. Сам же план летнего наступления предусматривал нанесение одного лишь удара крупных сил вермахта на южном крыле с целью прорыва на Кавказ.
В конце февраля 1942 г. Риббентроп в беседе с японским послом в Германии говорил: «Планы кампании разрабатываются теперь генштабом. В общих чертах план тот, который начертал Гитлер в конце января: во всех операциях против СССР наибольшее значение должен иметь южный сектор - там и начнется наступление, и сражения постепенно развернутся к северу... Во всяком случае, если удастся отрезать СССР от внешней помощи и расширить захват на юге, включая весь Донбасс и Кавказ, то даже если не удастся совершенно сломить советский режим, то все же СССР потеряет всякое значение и силу... Операции против Среднего Востока последуют после операций против Кавказа».
В течение марта в генеральном штабе сухопутных войск шла планомерная разработка плана нового наступления на Востоке под кодированным наименованием операции «Зигфрид». 28 марта 1942 г. на совещании в ставке вермахта был рассмотрен подробный план летнего наступления. Присутствовавший на совещании заместитель начальника штаба оперативного руководства вермахта генерал В. Варлимонт записал впоследствии:
1 Имеются в виду антианглийские элементы в арабских странах, на которые гитлеровцы намеревались опереться в борьбе против англичан.
2 Н. Jacobsen. 1939-1945. Der zweite Weltkrieg in Chronik und Doku-menten. Darmstadt, 1961, S. 288.
«...Гитлер, невзирая на постигшие немцев неудачи, вновь возвратился к своей основной идее, которой он придерживался в декабре 1940 г. и летом 1941 г. Он снова хотел сосредоточить основные усилия на крайних флангах широко растянутого фронта. Разница состояла лишь в том, что большие потери, .которые понесла сухопутная армия и которые не удалось целиком восполнить, вынуждали его ставить перед собой последовательно одну цель за другой, начиная с южного участка, с Кавказа. Москва как цель наступления... пока совершенно отпадала» 1.
Примечательно свидетельство Кейтеля, который на допросе 17 июня 1945 г. показал: «В результате кампании 1941 года стало ясно, что возникает момент известного равновесия сил между немецкими и советскими войсками. Русское контрнаступление, бывшее для верховного командования полностью неожиданным, показало, что мы грубо просчитались в оценке резервов Красной Армии. Тем более было ясно, что Красная Армия максимально использует зимнюю стабилизацию фронта для дальнейшего усиления, пополнения и подготовки новых резервов. Молниеносно выиграть войну не удалось. Однако это ни в коем случае не отнимало у нас надежды новым наступлением достигнуть военной победы.
При составлении плана кампании 1942 года мы руководствовались следующими установками:
а) войска Восточного фронта более
не в силах наступать на всем протяжении
фронта, как это было в 1941 году;
б) наступление должно ограничиться одним
участком фронта, а именно - южным;
в) цель наступления: полностью выключить
Донбасс из военно-экономического баланса
России, отрезать подвоз нефти по Волге и
захватить главные базы нефтяного снабжения,
которые, по нашей оценке, находились в
Майкопе и Грозном. Выход на Волгу не
планировался сразу на широком участке,
предполагалось выйти в одном из мест, чтобы
затем захватить стратегически важный центр
- Сталинград. В дальнейшем предполагалось
в случае успеха и изоляции Москвы от юга
предпринять поворот крупными силами к
северу (при том условии, что наши союзники
взяли бы на себя р. Дон). Я затрудняюсь
назвать какие-либо сроки для проведения
этой операции. Вся операция на южном
участке должна была закончиться крупным
окружением всей юго-западной и южной групп
Красной Армии, которые охватывались нашими
группами армий «А» и «Б»...»2
В распоряжении историков имеются документальные материалы о планах фашистского политического руководства и военного командования на лето 1942 г. В окончательном виде цель и замысел новой наступательной кампании на Востоке были сформулированы в директиве ОКВ № 41 от 5 апреля 1942 г., а затем конкретизированы в директивах № 44 и 45, подписанных в июле.
Военно-политическая цель нового наступления фашистского вермахта на советско-германском фронте состояла в том, чтобы вновь овладеть стратегической инициативой и уничтожить «оставшиеся» силы Советской Армии, захватить максимальное количество важнейших политических, экономических и военных центров Советского Союза.
Стратегический замысел гитлеровского командования сводился к тому, чтобы «...сохраняя положение на центральном участке, на севере взять Ленинград и установить связь на суше с финнами, а на южном фланге фронта осуществить прорыв на Кавказ» 3.
1 W. Warlimoiit. Im Hauptquartier der deutschen Wehrmacht. 1939-1945. Frankfurt a/M., 1962, S. 242.
2 Цит. по: «Военно-исторический журнал», 1961, № 9, стр. 83-84.
3 Hitlers Weisungen fur die Kriegfuhruug 1939-1945. Dokumente des Oberkom-mandos der Wehrmacht. Frankfurt a/M., 1962, S. 184.
Решение этих задач предполагалось осуществить последовательно «учитывая обстановку, создавшуюся после окончания зимней кампании наличие сил и средств, а также транспортные возможности». Вначале гитлеровскому командованию необходимо было создать условия для проведения так называемой «главной операции» на юге Восточного фронта «с целью уничтожить противника западнее Дона, чтобы затем захватить нефтеносные районы на Кавказе и перейти через Кавказский хребет» Для этого немецко-фашистским войскам требовалось улучшить свое оперативное положение, стабилизировать и укрепить Восточный фронт и тыловые прифронтовые районы. Их конкретные задачи сводились к тому чтобы в течение весны овладеть Керченским полуостровом, Севастополем срезать барвенковский выступ советских войск, ликвидировать их плацдарм северо-западнее Новгорода, выровнять линию фронта на московском направлении.
К концу мая немецко-фашистское командование предполагало закончить сосредоточение основных сил ударных группировок для проведения «главной операции». Ближайшая цель этой операции предусматривала нанесение ряда последовательных, дополняющих друг друга ударов, которые должны были развиваться «с севера на юг с таким расчетом, чтобы в каждом из этих ударов на решающих направлениях было сосредоточено как можно больше сил как сухопутной армии, так и в особенности авиации».
Первый удар планировалось нанести из района южнее Орла на Воронеж. Отсюда подвижные соединения должны были наступать вниз по течению Дона навстречу группировке, наносившей второй удар из района Харькова на восток. Затем предполагалось объединить в районе западнее Сталинграда войска, наступавшие вдоль Дона, и войска, наносившие удар на восток из района Таганрог, Артемовск. После этого планировалось быстрое развитие успеха непосредственно на Сталинград и Северный Кавказ.
Операции на севере по захвату Ленинграда и Кировской железной дороги намечалось провести после разгрома советских войск на юге и захвата нефтяных районов Кавказа, богатейших сельскохозяйственных районов Среднего и Нижнего Дона и Кубани. На западном направлении, где советские войска располагали значительными силами, противник планировал сдерживающие действия и частные наступательные операции по улучшению своего оперативного положения.
Таким образом, по замыслу фашистского командования вооруженные силы Германии в летнем наступлении 1942 г. должны были добиваться решения политических целей, поставленных еще планом «Барбаросса». Главный удар противник предполагал нанести на южном крыле. К нанесению одновременных ударов на других стратегических направлениях, как это было в 1941 г., вермахт был уже не способен.
Сосредоточив на юге Восточного фронта все свои резервы, правители «третьего рейха» рассчитывали на то, что потеря Донбасса и кавказской нефти ослабит Советский Союз и обеспечит Германии возможность успешно продолжать войну, а выход немецких войск в Закавказье нарушит связь СССР с зарубежными странами через Кавказ и Иран. Более того, нацисты не без оснований надеялись на то, что прорыв германских войск в Закавказье позволит им втянуть Турцию в войну против СССР.
От успешного решения первоначальных задач, запланированных германскими стратегами на май - июнь 1942 г., во многом зависело осуществление военно-политических целей всего наступления гитлеровской армии на Востоке летом 1942 г.
В целях обеспечения скрытности летнего наступления 1942 г. фашистское руководство провело ряд мероприятий по дезинформации.
Чтобы сохранить в тайне направление главного удара, генеральный штаб сухопутных войск Германии решил создать впечатление, будто немецкие войска развернут мощное наступление на западном направлении в целях разгрома центральной группировки советских войск и захвата Москвы. Для этого штаб группы армий «Центр» по указанию ОКХ разработал план специальной операции под условным наименованием «Кремль». Расчет был сделан на то, что ее замысел станет известен командованию Советской Армии и оно будет введено в заблуждение. Этот план предусматривал проведение целого комплекса различных дезинформационных мероприятий, которые по времени тесно увязывались с подготовкой и осуществлением наступления на юге. Однако операция «Кремль» своей цели не достигла.
Итак, весной 1942 г. обе воюющие стороны выработали стратегические планы и вели подготовку к очередному туру активных действий на советско-германском фронте, что вызывалось острой необходимостью иметь стратегическую инициативу в crohx руках.
В соответствии с общими замыслами предстоящих действий создавались группировки сил действующих армий.
В составе советской действующей
армии находились 9 фронтовых объединений,
отдельная армия и войска Московской зоны
обороны, 3 флота с оперативно подчиненными
им 3 флотилиями. К маю 1942 г. еще сохранились
три главнокомандования стратегических
направлений - Западное, Юго-Западное и
Северо-Кавказское, во главе которых
находились соответственно генерал Г. К.
Жуков, маршалы С. К. Тимошенко и С. М.
Буденный. В состав сил действующей армии
входили 10 ударных авиационных групп Ставки,
соединения и части авиации дальнего
действия, а также Московский фронт ПВО и
Ленинградская армия ПВО. В стратегическом
резерве Ставки находились 2 общевойсковые
армии (1-я резервная и 58-я) и около 80
отдельных соединений и частей. Всего в
составе войск советской действующей армии (без
Войск ПВО страны и Военно-Морского Флота)
насчитывалось в то время 5,1 млн. человек,
почти 3,9 тыс. танков, 44.9 тыс. орудий и
минометов х, около 2,2 тыс. боевых самолетов.
1 Без 50-мм минометов, которых
было 21,4 тыс. штук.
2 ИВИ. Документы и материалы, инв.№3, стр.364; ф.
244, оп. 287, д. 47, лл. 65-66.
В Северном, Балтийском и Черноморском флотах имелось 140 боевых кораблей основных классов: 2 линейных корабля, 6 крейсеров 32 эскадренных миноносца и 100 подводных лодок 1.
Немецко-фашистские вооруженные силы имели на советско-германском фронте 3 группы армий, в состав которых входили 9 полевых и 4 тан-ковме армии, 3 оперативные группы и 3 воздушных флота. Общее количество сил противника, которые противостояли советской действующей армии в мае 1942 г., показано в таблице 11.
Таким образом, соотношение сил и средств сторон было: в людях - 1: 1,2, в орудиях и минометах - 1: 1,3, в боевых самолетах - 1: 1 к в пользу противника; в танках - 1,2: 1 ив боевых кораблях - 2,2 М в пользу советских войск и флота 2. При таком соотношении в силах и средствах обе стороны вступили весной 1942 г. в новый этап второй мировой войны, развернув активные действия на ее главном фронте.
Битвы Третьего рейха. Воспоминания высших чинов генералитета нацистской Германии Лиддел Гарт Бэзил Генри
Планы на 1942 год
Планы на 1942 год
В течение зимы следовало решить вопрос, что делать дальше, то есть о планах на весну. Обсуждение их началось даже раньше, чем была предпринята последняя попытка взять Москву. Блюментрит рассказал по этому поводу следующее: «Некоторые генералы утверждали, что возобновление наступления в 1942 году невозможно и что разумнее остановиться на достигнутом. Гальдер также с большим сомнением относился к продолжению наступления. Фон Рундштедт был даже более категоричен и настаивал на выводе немецких войск на территорию Польши. С ним согласился фон Лееб. Остальные генералы не заходили так далеко, но все же проявляли обеспокоенность непредсказуемыми результатами кампании. После отстранения фон Рундштедта и фон Браухича оппозиция Гитлеру ослабла, и фюрер настоял на продолжении наступления».
В начале января Блюментрит стал заместителем начальника Генерального штаба. Он работал непосредственно под началом Гальдера и лучше, чем кто бы то ни было, знал мотивы, стоявшие за решением Гитлера. Со мной он поделился следующими соображениями.
«Первое. Гитлер надеялся в 1942 году достичь того, что не сумел в 1941-м. Он не верил, что русские могут увеличить свои силы, и решительно не желал замечать свидетельств того, что это происходит в действительности. Между ним и Гальдером шла «война мнений». Наша разведка располагала информацией о том, что русские заводы и фабрики на Урале и в других местах выпускают 600–700 танков в месяц. Гитлер мельком взглянул на представленные ему сведения и заявил, что это невозможно. Он никогда не верил в то, во что не желал верить.
Второе. Он не желал ничего слушать об отступлении, но, что делать дальше, не знал. При этом он чувствовал, что должен немедленно что-то предпринять, но это что-то должно было быть только наступлением.
Третье. Возросло давление со стороны ведущих промышленников Германии. Они настаивали на продолжении наступления, убеждая Гитлера, что не могут продолжать войну без кавказской нефти и украинской пшеницы».
Я спросил Блюментрита, рассматривал ли Генеральный штаб обоснованность этих заявлений и правда ли, что марганцевая руда, месторождения которой расположены в районе Никополя, была жизненно необходима сталелитейной промышленности Германии, как писали в то время. Сначала он ответил на второй вопрос, сказав, что ничего об этом не знал, поскольку был плохо знаком с экономическими аспектами войны. Я счел показательным тот факт, что немецкие военные стратеги не были знакомы с факторами, которые должны были являться основой для разработки операций. Далее он заявил, что ему сложно судить об обоснованности притязаний промышленников, поскольку представители Генерального штаба никогда не приглашались на совместные совещания. На мой взгляд, это является несомненным свидетельством стремления Гитлера держать военных в неведении.
Приняв судьбоносное решение продолжить наступление и проникнуть еще глубже на территорию России, Гитлер обнаружил, что уже не располагает силами, необходимыми для наступления по всему фронту, как это было год назад. Поставленный перед выбором, он долго сомневался, но все же устоял перед искушением идти на Москву и обратил свой взор в сторону кавказских нефтяных месторождений, не обращая внимания, что это означает растягивание фланга, как телескопической трубы, мимо основных сил Красной армии. Иными словами, если немцы доберутся до Кавказа, они будут уязвимы для контрудара в любой точке на протяжении почти тысячи миль.
Другим сектором, где предусматривались наступательные операции, являлся балтийский фланг. План 1942 года первоначально предполагал взятие Ленинграда в течение лета, обеспечив таким образом надежную связь с Финляндией и облегчив положение частичной изоляции, в котором она находилась. Все незанятые в этой операции части группы армий «Север», а также группа армий «Центр» должны были остаться на оборонительных позициях.
Специально для наступления на Кавказ была создана особая группа армий «А», командующим которой стал фельдмаршал фон Лист. Группа армий «Юг», уменьшенной численности, оставалась на ее левом фланге. Рейхенау сменил Рундштедта на должности командующего последней, но в январе скоропостижно скончался от сердечного приступа. Командующим армией стал Бок, который был отстранен до начала наступления. Группой армий «Центр» продолжал командовать Клюге, а на посту командующего группой армий «Север» Лееба сменил Буш. Объясняя последнее, Блюментрит сказал: «Фельдмаршал фон Лееб был настолько неудовлетворен решением продолжать наступление, что предпочел отказаться от командования. Он не желал участвовать в предстоящей авантюре. Этот человек искренне считал предстоящее мероприятие совершенно безнадежным с военной точки зрения и, кроме того, был ярым противником нацистского режима. Поэтому он был рад появившемуся поводу для отставки. Для того чтобы отставка была разрешена, ее причина должна была показаться Гитлеру достаточно веской».
В процессе дальнейшего обсуждения планов на 1942 год Блюментрит привел несколько общих наблюдений, которые, как мне кажется, представляются весьма важными. «Мой опыт штабной работы показывает, что во время войны основополагающие решения должны приниматься основываясь не на стратегических, а на политических факторах, и не на поле боя, а в тылу. Дебаты, предшествующие принятию решения, не отражаются в оперативных приказах. Документы не являются надежным руководством для историка. Люди, подписывающие приказ, часто думают совсем не то, что излагают на бумаге. Было бы неправильно считать документы, обнаруженные в архивах, достоверным свидетельством мыслей и убеждений того или иного офицера.
Эту истину я начал постигать еще довольно давно, когда под руководством генерала фон Хефтена работал над историей войны 1914–1918 годов. Он был удивительно добросовестным историком и научил меня технике выполнения исторических исследований, указал на встречающиеся трудности. Но до конца я все понял и осознал, только получив возможность делать собственные наблюдения и выводы в процессе работы в Генеральном штабе при нацистах.
Нацистская система породила некоторые странные побочные продукты. Немец, имеющий врожденное стремление к порядку и организации, больше, чем кто-либо другой, склонен к ведению записей. Но в ходе последней войны на свет появилось особенно много бумаг. В старой армии было принято писать короткие приказы, оставляющие исполнителям большую свободу. В последней войне ситуация изменилась, свобода начала все больше ограничиваться. Теперь в приказе следовало описать каждый шаг и все возможные варианты развития событий – только так можно было уберечь себя от взыскания. Отсюда и увеличение количества и длины приказов – что шло вразрез с нашим предыдущим опытом. Напыщенный язык приказов и изобилие превосходных степеней прилагательных в корне противоречили строгому старому стилю, основными достоинствами которого являлись точность и краткость. Однако наши новые приказы должны были оказывать пропагандистское, стимулирующее воздействие. Многие приказы фюрера и командования вермахта дословно воспроизводились в приказах нижестоящих органов. Только так можно было быть уверенными, что, если дела пойдут не так, как хотелось бы, нас не смогут обвинить в неправильной трактовке приказов вышестоящих лиц.
Условия принуждения в Германии при нацистах были почти такими же, как в России. Я часто имел возможность убедиться в их схожести. Например, в самом начале русской кампании я присутствовал на допросе двух высокопоставленных русских офицеров, взятых в плен в Смоленске. Они дали понять, что были совершенно не согласны с планами командования, но были вынуждены исполнять приказы, чтобы не лишиться головы. Только в подобных обстоятельствах люди могли говорить свободно – в тисках режима они были вынуждены повторять чужие слова и скрывать свои мысли и убеждения.
У национал-социализма и большевизма есть много общего. Во время одной из бесед в узком кругу, на которой присутствовал генерал Гальдер, фюрер признался, что очень завидует Сталину, проводящему более жесткую политику по отношению к непокорным генералам. Кроме того, Гитлер много говорил о проведенной перед войной чистке командного состава Красной армии. В заключение он заметил, что завидует большевикам – они имеют армию, насквозь пропитанную их собственной идеологией и поэтому действующую как единое целое. Немецкие же генералы не обладали фанатичной преданностью идеям национал-социализма. «Они по любому вопросу имеют свое мнение, часто возражают, а значит, не до конца со мной».
В ходе войны Гитлер нередко высказывал подобные мысли. Но ему все же были необходимы старые профессиональные военные, которых он втайне презирал, вместе с тем не мог без них обойтись, поэтому старался как можно более полно контролировать. Многие приказы и рапорты того времени имели как бы два лица. Сплошь и рядом подписанный документ не отражал действительного мнения человека, его подписавшего. Просто человек был вынужден это сделать, чтобы избежать хорошо известных тяжелых последствий. Будущие исторические исследователи – психологи и ученые – непременно должны помнить об этом особенном явлении».
Из книги От Мюнхена до Токийского залива: Взгляд с Запада на трагические страницы истории второй мировой войны автора Лиддел Гарт Бэзил ГенриПланы на 1942 год Вопрос о том, что следует предпринять весной 1942 года, обсуждался немецким командованием на протяжении всей зимы. Возвращаясь к этим событиям, Блюментрит сказал: «Некоторые немецкие генералы заявили, что возобновление наступления в 1942 году невозможно и
Из книги …Para bellum! автора Мухин Юрий ИгнатьевичПланы Напоминаю, что в своём докладе пленуму Г. К. Жуков писал, что Вооружённым силам «не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника».Но вот передо мной документ, адресованный командующему войсками Западного особого военного округа генералу
Из книги Если бы не генералы! [Проблемы военного сословия] автора Мухин Юрий ИгнатьевичПланы Напоминаю, что в своем докладе пленуму Г.К.Жуков писал, что Вооруженным силам "не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника".Но вот передо мной документ, адресованный командующему войсками Западного особого военного округа генералу армии
Из книги Новая хронология катастрофы 1941 автора Солонин Марк Семёнович2.1. Планы Не секрет, что обсуждение вопросов советского военного планирования периода 1940–1941 гг. превратилось у нас в некую, слегка смягченную цивилизацией, разновидность средневековых «споров о вере», обыкновенно заканчивавшихся массовой потасовкой, а в особо
Из книги Человеческий фактор автора Мухин Юрий ИгнатьевичПланы Напоминаю, что в своем докладе пленуму Г. К. Жуков писал, что Вооруженным силам «не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника».Но вот передо мной документ, адресованный командующему войсками Западного особого военного округа генералу
Из книги Затянувшийся блицкриг. Почему Германия проиграла войну автора Вестфаль ЗигфридПланы немцев на 1942 год Еще не закончилось зимнее контрнаступление русских войск, а немецкое командование должно было уже принять решение относительно продолжения боевых действий летом 1942 года. В результате вступления в войну Америки общая обстановка коренным образом
Из книги Дневники Берии подтверждают: Виктор Суворов прав! автора Винтер Дмитрий ФранцовичПланы Но вот «Вождя и Учителя» не стало, и встал вопрос о том, как жить дальше. Само собой, все приготовления к Третьей мировой войне уже с 14 марта 1953 г. прекратились, и началось «послевоенное время». А кроме того?В постановлении Пленума ЦК, Совета Министров и Президиума
Из книги Неизвестный Берия. За что его оклеветали? автора Мухин Юрий ИгнатьевичПланы Положение Хрущева было не легче, чем у Берии. Поскольку Никита выступал за то, что было нужно всему аппарату партии, то его поддерживали все партийные чиновники, а тщательно создаваемый им имидж «своего парня», даже делал их откровенными. Но ведь они не знали, что
Из книги Забытая трагедия. Россия в первой мировой войне автора Уткин Анатолий ИвановичПланы Германии Группа левых социалистов, осмысливая начало войны 1914 г., объявила Германию лидером мировой революции против плутократического Запада {81} . Германские интеллектуалы снова писали: «Германия опять стоит перед задачей стать посредником между Востоком и
Из книги Города-крепости автора Мощанский Илья БорисовичПланы сторон В конце июля 1941 года части Южного фронта под давлением превосходящих сил противника с боями отходили за реку Днестр. Приморская группа (затем армия) в составе двух стрелковых (25-й и 95-й) и одной кавалерийской (1-й) дивизий занимала оборону по восточному берегу
Из книги Августовские пушки автора Такман Барбара автора Борисов АлексейП.18. Из официального дневника Иодля с 12 июня 1942 г. по 15 июня 1942 г. [Документ ПС-1780, США-72][Документ ПС-1809, Великобритания-82][Документ ПС-1807, Великобритания-227]...12.6.1942 ...Немецкая полевая жандармерия обезоружила и арестовала в Восточной Боснии роту усташей за зверства,
Из книги Нюрнбергский процесс, сборник документов (Приложения) автора Борисов АлексейП.54. Записи о совещании Геринга с руководителями немецких управлений в оккупированных странах и областях, состоявшемся 6 августа 1942 г., и сопроводительное письмо начальника штаба уполномоченного по четырехлетнему плану Кернера от 8 августа 1942 г. [Документ
Из книги Нюрнбергский процесс, сборник документов (Приложения) автора Борисов АлексейП.56. Приказ Гитлера об уничтожении диверсионных групп и «Командос» от 18 октября 1942 г. и сопроводительное письмо Иодля от 19 октября 1942 г. [Документ ПС-503]Фюрер и верховный главнокомандующий вермахтомСовершенно секретно Только для командования 18.10.1942Доставка только через
Из книги Разгром фашизма. СССР и англо-американские союзники во Второй мировой войне автора Ольштынский Леннор Иванович2.1. Переход Красной Армии в стратегическое наступление зимой 1942 года Демарш Рузвельта относительно открытия второго фронта в 1942 году Первое стратегическое наступление Красной АрмииУспех контрнаступления под Москвой в декабре 1941 г. Сталин решил завершить достижением
Из книги Царский Рим в междуречье Оки и Волги. автора Носовский Глеб Владимирович30. В истории архитектуры известно, что планы «античного» Рима эпохи Сервия Туллия «почему-то» удивительно похожи на планы московского Белого Города и московского Скородома Оказывается, историки архитектуры давно обратили внимание на любопытное обстоятельство.